пятница, 3 июня 2016 г.

О расцвете и упадке нефтяной эры в СССР

Из воспоминаний последнего Министра нефтяной и газовой промышленности СССР Л.Д. Чурилова (1945-2012):

Как же так получилось, что Советский Союз, который достиг блестящих технологических успехов в нефтяной промышленности, так отстал? Уровень добычи нефти все время рос, открывались новые месторождения, каждый раз все более крупные, и правительству казалось, что нефтяной Эльдорадо будет продолжаться вечно.

В 1950-е годы мы разрабатывали очень продуктивные месторождения, такие как Ромашкинское или Кулешовское, некоторые скважины давали около 1000 тонн нефти в сутки. Такие продуктивные скважины встречаются крайне редко, по мировым стандартам это около 7200 баррелей в сутки, похожие скважины есть только в Саудовской Аравии. Мы не заботились о методах повышения нефтеотдачи пластов. Сырая нефть сама лилась из земли. Позже, в 1970-е годы, промышленность переориентировалась на Западную Сибирь. Легендарные месторождения, такие как Самотлорское, Усть-Балыкское или Мамонтовское, дали сотни миллионов тонн нефти.

До середины 1980-х годов, когда рост добычи нефти замедлился и потом начал свое катастрофическое падение, руководители страны не заботились о будущем. В каком-то смысле успех в нефтяной промышленности оказался наркотиком, который слишком долгое время не давал подумать о возможном экономическом коллапсе. Без сомнений большинство советских специалистов-нефтяников и более мудрые руководители понимали, что запасы нефти когда-то истощатся, а открытия крупных месторождений не могут продолжаться вечно. В других странах были потрачены большие усилия, чтобы найти пути извлечения из пластов максимально возможного объема нефти. Много для этого сделано в США в 1950-е годы, когда начали внедряться термические методы и методы закачки газа. В очень короткое время там были изобретены новые виды оборудования, которые сразу были запущены в производство.

Но почему же этого не случилось в нашей стране? Как только новый нефтяной фонтан начинал бить в Волго-Уральском регионе, а позднее в Западной Сибири и Казахстане, реальные инвестиции в исследования и разработки затормаживались. Мы не заботились о том, чтобы разрабатывать новое оборудование для нефтяных месторождений. Все что хотели от нас руководители страны - объемы добычи, объем и еще раз объем! Качество не играло никакой роли.

Однако, есть и другая причина, почему мы так безнадежно отстали от всего мира. Во времена правления Брежнева Советский Союз вступил в фазу так называемого «развитого социализма», когда гигантские супермонополии были созданы в каждой сфере экономической жизни. Каждое предприятие попало под контроль в своей отрасли. Продажи продуктов были гарантированы, потому что у потребителей не было альтернативных источников поставок. Даже предложение такого мощного учреждения, как Госплан, что перечень товаров, которые должны быть произведены, должен меняться, а качество должно улучшаться, упорно отвергалось монополиями. Они были распределены по министерствам в Москве, каждое имело свое лобби в Госплане и через политическую иерархию, и для них не составляло труда блокировать любое движение к изменениям. Советская экономика оцепенела.

Мы, нефтяники, все время это чувствовали, поскольку напрямую зависели от поставок машиностроителей. В СССР неоднократно предпринимались попытки модернизировать машиностроительные предприятия, но только два проекта были действительно успешными. Это проекты строительства двух автомобильных заводов - «АвтоВАЗ» и «КАМАЗ». Но даже они были осуществлены на базе технологий, закупленных на Западе. В нефтяной промышленности по-прежнему использовалось старое оборудование для разведки и добычи нефти, небольшие технологические улучшения были сделаны только в 1960-х годах.

Когда темп разработки месторождений Западной Сибири достиг пика в 1970-е годы, стала очевидной полная неспособность отечественных машиностроителей удовлетворить потребности нефтяной промышленности. Определенные улучшения можно было сделать быстро, если бы были задействованы мощные предприятия оборонного комплекса, и они были бы заинтересованы поделиться своими техническими разработками и частью своей колоссальной инвестиционной программы. Но такое сотрудничество даже не рассматривалось. Министр обороны маршал Д.Ф. Устинов не видел никаких причин для использования хотя бы части мощностей оборонных заводов для других отраслей промышленности. Он постоянно докладывал в Политбюро, что такое направление развития является нежелательным.

К сожалению, ничего не оставалось, как начать импортировать в большом объеме нефтепроводные и обсадные трубы, станки-качалки, газлифтное оборудование. Мы стали активно сотрудничать с «Катерпиллером», «Камацу», «Формостом» и другими фирмами, платили им нефтедолларами, заработанными на дешевой западносибирской нефти. По иронии в то время, когда мы разрабатывали одну из самых богатых нефтяных провинций в мире, мы банкротили нашу страну. Люди не становились богаче. Уровень жизни почти не улучшался в 1970-е годы.

Источник: Чурилов, Л. Д. 2016. Моя история советской нефти (записки последнего министра). Москва: Нефтяное хозяйство, 328 c.

Комментариев нет:

Отправить комментарий