Вернадский о реформе Академии

Еще раз о грустной теме… Довольно интересная публикация академика Э.М. Галимова (ссылка). Я выбрал из нее отрывки, которые отражают взгляды Вернадского на Академию наук и ее отношения с властями.

Как указывает Галимов, Вернадский не только великий ученый, но и организатор науки, и общественный деятель – он участвовал в создании 26 научных институтов (в том числе Украинской академии наук), в царское время – член Государственного совета, а в промежутке между Февральской и Октябрьской революциями – заместитель министра просвещения, автор многих публикаций в газетах и общественно-политических журналах.

Так вот, многие слова и мысли Вернадского поразительно подходят к сегодняшним “реформам” и “реформаторам” (его цитаты выделены мной):

… В.И. Вернадский в «Очерках по истории Академии наук», записанных в 1914–1916 годах, отмечает: «Все время – в течение столетий – многим казались траты на Академию ненужной роскошью или прихотью… Для оправдания ее существования и затрат на нее в среде общества и правительственных кругов существовала тенденция переделать внедренное в русскую жизнь новое дело не то в учебное заведение, не то в собрание придворных ученых вроде придворного оркестра или театра» (В.И. Вернадский. Собрание сочинений. Т. 13, стр. 346).
    Почему российская наука пошла по пути сосредоточения науки в академических учреждениях, а не в университетах? Причины этого восходят ко времени создания Петром Великим Академии наук в 1724 году. Официально история Академии начинается с 1725 года – издания указа. В начале XVIII века университеты в Европе испытывали кризис. Они были схоластичны и чужды научным изысканиям. Передовые ученые того времени, прежде всего Готфрид Лейбниц, создатель Берлинской академии наук, советовали Петру идти по пути организации академии, а не университета. Лишь к середине XVIII века совершился поворот, когда наука стала проникать в средневековые европейские университеты. В дальнейшем это определило на века вперед развитие европейской науки, преимущественно на базе университетов.
    Но к этому времени (ко времени создания Московского университета в 1755 году) петровская Академия наук уже более 30 лет развивалась в уготованном ей предназначении. На это время приходится работа в России Д. Бернулли, Л. Эйлера, натуралистов и исследователей Сибири И.Г. Гмелина, С.П. Крашенинникова, расцвет деятельности М.В. Ломоносова.
    «…Уже в первое столетие сошла на нет и та сторона деятельности Академии наук, – указывает В.И. Вернадский, – которая была связана с ней, как близкого двору собрания ученых. Вначале одной из важных задач Академии наук было сочинение похвальных од или речей на разные события жизни России или двора, устройство «потешных» празднеств, требовавших некоторых научных знаний, – например, огромных фейерверков…» (там же, стр. 350).
    «Академия наук постепенно сознательно освобождалась от тех функций, которые стояли в противоречии с ее основными тенденциями, то есть со стремлением к чистому научному знанию и связанной с ним работой – научным творчеством» (там же, стр. 353). Она сосредоточилась на своем главном назначении – развитии фундаментальных наук.
    В.И. Вернадский в 1912 году записывает в трактате об истории Академии наук: «…ее живучесть выявилась в том, что она нашла себе место и положение при смене времени и научных состояний» (там же, стр. 245).

<>

… Нынешний, июньский правительственный законопроект представляет какую-то конвульсивную, непродуманную попытку. Он не решает проблемы создания эффективной науки. Ликвидация академии, слияние нескольких академий, отторжение имущества академии – это весьма радикальные шаги, но как это должно привести к улучшению положения науки? Как отмечал 100 лет назад В.И. Вернадский по аналогичному поводу: «Это была не смелость государственного человека, истекающая из строгого расчета и провидения грядущих событий, а смелость чиновника, основанная на незнании и непонимании окружающего» (Газета «Новь», 4 февраля 1907 г.). Отменяется основной принцип построения Академии наук, позволивший ей пережить все смены политических режимов: самоуправляемость, неподведомственность государственным структурам.
В проекте правительства не упоминается главная задача, записанная в Уставе РАН: «проведение фундаментальных исследований в области естественных, технических, гуманитарных и общественных наук, способствующих экономическому, социальному и духовному развитию общества».
Первоочередными задачами новообразованной РАН в проекте объявляются: «1) разработка предложений по формированию и реализации государственной политики; 2) экспертиза крупных научно-технических программ и проектов; 3) участие в организации и координации фундаментальных и поисковых научных исследований…; 4) предоставление научно-консультативных и экспертных услуг органам государственной власти Российской Федерации…». Эти задачи не предусматривают получение новых знаний, проведение фундаментальных научных исследований, а лишь предоставление научно-консультативных и экспертных услуг.
Это в современной терминологии и есть «сочинение похвальных од или речей на разные события жизни России или двора, устройство «потешных» празднеств», о которых говорил В.И. Вернадский применительно к ожиданиям публики от деятельности Академии наук в XVIII веке.

И еще одна фраза, сказанная более ста лет тому назад: «Русские ученые ведут работу в тяжелых условиях, которые совершенно непонятны на Западе. Их нервы все время напряжены, время и силы идут на борьбу с ненужными препятствиями» (газета «Речь», 1 января 1908 г.).

Процесс пошел…

Цитата из текста приговора Дмитрию Лебедеву за высказывания в интернете (апрель 2013):

… «высказывания (Лебедева) содержат скрыто побуждение, обращенное к потенциальным читателям, действовать, чтобы «последующие поколения не были гонимы духовенством», «бороться за будущее», в котором не будет никаких религий, где каждый человек будет свободен в своих мыслях, своих идеях».

источник

Теперь несколько цитат известных ученых. Получается, любого из них сегодня могли бы легко осудить за экстремизм:

Вернадский, религия и пропаганда

Когда-то меня очень удивили строки из дневника В.И.Вернадского:

«Я считаю себя глубоко религиозным человеком. Могу очень глубоко понимать значение, силу религиозных исканий, религиозных догматов. Великая ценность религии для меня ясна не только в том утешении в тяжестях жизни, в каком она часто оценивается. Я чувствую ее как глубочайшее проявление человеческой личности. Ни искусство, ни наука, ни философия ее не заменят, и эти человеческие переживания не касаются тех сторон, которые составляют ее удел. А между тем для меня не нужна церковь и не нужна молитва. Мне не нужны слова и образы, которые отвечают моему религиозному чувству. Бог – понятие и образ, слишком полный несовершенства человеческого».

Потом я стал понимать, что в общем-то каждый ученый может считать себя в определенном смысле религиозным – невозможно исследовать законы Природы, если не верить в существование этих законов, чувствовать какой-то скрытой от нас порядок, гармонию…

Подробно отношение Вернадского к религии рассматривается в статье Молчанова, или в комментариях к ней (например, здесь). Но сейчас не об этом. Вот образец “диалектического подхода” по отношению к Вернадскому нынешних идеологов православия.

Юбилей Вернадского и анти-ноосфера

Сегодня исполнилось 150 лет со дня рождения В.И Вернадского.

Вот сегодняшняя заставка из Google:

И портрет работы И. Грабаря (1935, источник)

В.И. Вернадский о Русской Америке

Продолжение темы о золоте Аляски.

Владимир Иванович Вернадский. “Очерки по истории естествознания в России в XVIII столетии”.

Изд: "Наука"
OCR, spellcheck: Сергей Мингалеев 
Оригинал расположен на странице
http://nonlin.bitp.kiev.ua/vernadsky/

Электронная версия подготовлена по изданию в книге:
В.И. Вернадский, Труды по истории науки в России (Москва, Наука, 1988). Текст еще не полностью вычитан. Дата последней редакции 4 апреля 2000.

…В то самое время, когда русское правительство бросало в архивы результаты экспедиции, уводило свои суда в тот момент, когда надо было взять результат работы, - в это время дело продолжалось само собой, инициативой частных русских людей - купцов и промышленников. Корабль Чирикова в 1741 г. вернулся с огромной добычей: на диких, малолюдных островах и берегах Северной Америки он открыл огромные нетронутые богатства пушных зверей. Кроме множества драгоценных мехов, его корабль привез 900 бобровых шкур.
   Известия, привезенные Чириковым, возбудили на местах страсть к наживе и приключениям - океан не остановил движения русских предпринимателей на восток. Уже летом 1743 г. на маленьком судне "Капитон" сержант Нижнекамчатской команды Е. Басов на средства московского купца А. Серебренникова отплыл к Берингову острову [52]. 
   Экспедиция Басова была началом движения, которое продолжалось до конца XVIII столетия и привело к созданию Российско-Американской компании и присоединению к России Северных островов и Аляски, потерянных только в 1860-х годах благодаря
государственной ошибке Александра II и Пещурова [53]. В результате этого движения экспедициями Е. Басова, Н. Трапезникова, Лебедева-Ласточкина, П. Зайкова, И. Лапина, М. Неводчикова, Г. Шелехова, Г. Прибылова было сделано множество географических открытий, материал которых наносился на карты Нагаевым и другими и не пропал напрасно для науки... Вместе с тем эта экспедиция и государственные предприятия на берегах Тихого океана возбудили промышленную и искательскую деятельность и в ближайшем побережье, например на Шантарских островах и т. д. Эта деятельность русского народа не была осознана лишь благодаря дезорганизации русской государственной власти. Мы открываем ее вновь в архивах.
   В этой работе принимали деятельное участие люди, непосредственно связанные с Великой Сибирской экспедицией. С ней был связан и Басов. Другой добытчик этой эпохи - М. Неводчиков, открывший Алеутские острова, - из купеческой семьи, служил в Сибирской экспедиции, в 1742 г. был определен в должности "геодезической", в 1745 г. впервые с купцом А. Чебаевским снарядил бот для
плаваний, а с 1752 по 1767 г. в качестве подштурмана плавал все время по берегам северных частей Восточного океана. Влияние Сибирской экспедиции через таких
людей длилось долго после ее окончания.

Комментарии

[52]
    Емельян Софронович Басов был сержантом Охотской нерегулярной команды. Он плавал к острову Беринга в 1743 г. на шитике "Петр". В составе его экспедиции были участники плавания В. Беринга - Петр Верхотуров и Лука Наседкин. Финансирование осуществлялось не только Андреем Серебренниковым, но и камчатским купцом Никифором Трапезниковым. На шитике "Капитон" плавал в 1757-1761 гг. Степан Кожевников, который открыл остров Кыска в группе Крысьих островов (см.: Алексеев А. И. Судьба Русской Америки. Магадан, 1975, с. 38-56; Макарова Р. В. Русские на Тихом океане во второй половине XVIII в. М., 1968). 

[53] 
    Речь идет о Русской Америке, включавшей Аляску, Алеутские острова и простиравшейся вдоль Тихоокеанского побережья Америки вплоть до форта Росс в Северной Калифорнии (недалеко от Сан-Франциско). Эти земли были присоединены к России в первой половине XVIII в. русскими моряками и "промышленными людьми" по праву первооткрывателей. За время существования Русской Америки на ее территории было основано до 60 русских поселений со столицей в г. Ново-Архангельске, который вплоть до начала XX в. оставался самым крупным и значительным городом Аляски. В 1839 г. правительство Николая I приняло решение о ликвидации форта Росса в Калифорнии, и в 1841 г. он был продан за 30 тыс. пиастров в рассрочку на 4 года. Четверть века спустя, в марте 1867 г., правительство Александра II в секретном порядке заключило с правительством США договор о продаже ему всей Русской Америки за 7 млн. 200 тыс. долларов. Правительственным комиссаром по передаче Русской Америки Соединенным Штатам был назначен вице-адмирал А. А. Пещуров. 18 октября 1867 г. русский флаг в Ново-Архангельске был спущен и поднят американский. Русская Америка перестала существовать (Алексеев А. И. Судьба Русской Америки. Магадан, 1975; Его же. Освоение русскими людьми Дальнего Востока и Русской Америки. М.: Наука, 1982).
    В. И. Вернадский не раз с горечью писал о "государственной ошибке" царских властей, лишивших Россию этого богатого края с его лесами, разнообразным животным миром, органическими и минеральными ресурсами. В 1910 г. в своей работе "Опыт описательной минералогии" он, в частности, отмечал: "Любопытно, что незадолго до продажи Аляски Северо-Американским Штатам некоторые русские исследователи (Дорошин) указывали на благонадежность ее золотых россыпей (К. Богданович, I, с. 38). Об этом при продаже "забыли". Юкон был впервые исследован русскими (Лукиным и др. - см. Богданович, I, с. 47). Продажа Аляски ждет своего исследователя и составляет одну из печальных страниц русской истории" (Вернадский В. И. Опыт описательной минералогии. СПб., 1910, Вып. 3, с. 342).
    Вернадский считал продажу Аляски и всей Русской Америки актом не только недальновидным, но и преступным, во-первых, по отношению к памяти нескольких поколений русских людей, открывших, а затем в течение 130 лет изучавших и осваивавших эти земли, а во-вторых, по отношению к будущему России. В августе 1913 г. В. И. Вернадский в связи с участием в XII Международном геологическом конгрессе посетил Канаду и США. В одном из писем к А.Е. Ферсману, делясь своими впечатлениями об увиденном, он сообщил и о поразившем его обилии канадцев и американцев русского происхождения, главным образом рабочих. "Именно здесь на месте, - писал он, - чувствуешь, какую огромную силу потеряла и теряет Россия в этой эмиграции, и она идет на рост Нового Света, во многом нам недружного. Я не могу здесь забыть и о той ошибке (и преступлении?), которые сделали правительства Николая I и Александра II, отдав Русскую Америку, добытую народным старанием" (Письма В.И. Вернадского к А. Е. Ферсману. М.: Наука, 1985, с. 61).