И еще один отрывок, который поразил меня. По-существу, вся история освоения Ухтинского нефтяного района связана с ГУЛАГом. В 1929 г. была создана особая экспедиция ОГПУ, потом “Ухпечтрест” (подчинявшийся ОГПУ), преобразованный в Ухтинский комбинат НКВД. Только в 1956 г. он был передан Министерству нефтяной промышленности СССР.
Далее - отрывок из книги: Чурилов, Л. Д. 2016. Моя история советской нефти (записки последнего министра). Москва: Нефтяное хозяйство, 328 с.
Из воспоминаний последнего Министра нефтяной и газовой промышленности СССР Л.Д. Чурилова (1945-2012):
Как же так получилось, что Советский Союз, который достиг блестящих технологических успехов в нефтяной промышленности, так отстал? Уровень добычи нефти все время рос, открывались новые месторождения, каждый раз все более крупные, и правительству казалось, что нефтяной Эльдорадо будет продолжаться вечно.
В интернете много данных о приросте запасов российской нефти по годам. Меньше данных о числе открытых месторождений. Еще труднее найти информацию, какая часть прироста получена за счет разведки новых месторождений, а какая по результатам пересчета и повышения коэффициента извлечения нефти в известных залежах.
На эту тему:
Юрий Когтев: Страна волшебников
После выборов в Государственную Думу, состоявшихся 4 декабря, Дмитрий Медведев назвал председателя Центризбиркома Владимира Чурова волшебником. Смею предположить, что это не единственный кандидат на столь почетное звание.
На такой статус вполне может претендовать, например, Анатолий Ледовских, глава Роснедра. Из года в год он отчитывается о том, что нефтегазовая отрасль обеспечила опережающее восполнение запасов нефти и газа. Вот и в этом году, по его словам, прирост запасов нефти составил 600 млн. т, газа – 900 млрд. куб. м.
При этом открыто 37 месторождений нефти, два из которых – с запасами по 50 млн. т (в Иркутской области и Красноярском крае). Откуда же взялись еще 500 млн. т – неужели их дали оставшиеся месторождения? Знающие люди говорят, что вряд ли: начиная с середины 2000-х гг. более половины прироста запасов обеспечивает увеличение (на бумаге) коэффициента извлечения нефти по уже открытым месторождениям. Впрочем, у каждого мага – свои секреты, и выведывать их так же некрасиво, как пытаться заглянуть за кулисы к мастеру иллюзионного жанра.
А разве недостоин звания волшебника глава «Газпрома» Алексей Миллер? Возглавляемый им концерн с завидной регулярностью обещает увеличить экспорт газа в дальнее зарубежье. Но при этом выясняется, что все большая часть поставок приходится на трейдинговые операции на европейском рынке, а не физический экспорт российского газа.
Например, на сайте компании указано: «в 2010 году «Газпром» поставил в дальнее зарубежье 148,1 млрд куб. м газа». Но почему-то нигде нет информации о том, какая часть из них пришлась на поставки российского газа. Найти эти цифры можно, например, в статистических справочниках Банка России, из которых следует, что физические объемы экспорта российского газа в дальнее зарубежье в 2010 году не превысили 107,4 млрд. куб. м.
Волшебники у нас повсюду: они запускают новые ТЭЦ, газ для которых перебрасывают по временной схеме с соседней станции только на время торжественной церемонии; открывают задвижки вновь построенных газопроводов, не обеспеченных ресурсами и обреченных на простой; проводят открытые тендеры и аукционы, наперед зная, у какого участника окажется самое привлекательное предложение…
Волшебная опухоль в нашей стране разрастается не по дням, а по часам, и надежд на то, что удалить ее удастся средствами терапии, остается все меньше.
28.12.2011
Источник: RusEnergy
Есть еще более суровые оценки искажений – например, здесь (выделение – моё):
Давайте рассчитаем сколько же нефти Россия добавила в 2010.
- Трутнев дал цифру 750 миллионов тонн нефти;
- Первый пункт (размер месторождений) понизил эту цифру на две трети – остается 250 миллионов тонн.
- Второй пункт (EROI) понизил эту цифру еще на две трети – остается 90 миллионов тонн;
- Приписки понижают (давайте быть щедрыми к Трутневу) еще на две трети, остается 30 миллионов тонн;
- Четвертый пункт (технологии) – давайте еще поделим на три – 10 миллионов тонн;
- Поправка на трутневскую методику расчета запасов превращает 10 миллионов тонн в три миллиона тонн;
- Ну и поправка на отдачу скважин превращает найденные запасы в реальную цифру, которую Трутнев и должен был сообщить премьеру – найден 1 миллион тонн нефти.
Трутнев завысил реальную цифру почти в тысячу раз.
Это не первоапрельская шутка. Нефтеперерабатывающая отрасль России настолько убыточна, что требует постоянных льгот и субсидий. Увы, такие меры только способствуют сохранению технологического отставания:
Выход светлых нефтепродуктов, по которому судят об эффективности нефтепереработки, на российских НПЗ в среднем в 1,4-1,6 раза ниже, чем в США и Западной Европе. В итоге российские НПЗ из тонны сырой нефти получают примерно 140 литров бензина, а в США - свыше 450 литров. При этом износ основных производственных фондов отечественной нефтепереработки в настоящее время достигает 60-75%.
BP и Роснефть решили вместе заняться геологоразведкой в Карском море (источник).
Крупнейшая российская нефтяная компания «Роснефть» и британский гигант ВР объявили о создании «глобального стратегического альянса», основанного на взаимном владении акциями, и создании совместного предприятия для геологоразведки в Карском море, следует из совместного заявления компаний, обнародованного поздно вечером в пятницу.
Детали альянса
В результате обмена долями «Роснефть» получит 5% обыкновенных голосующих акций ВР, выпущенных в ходе допэмиссии, в обмен на 9,5% своих существующих ценных бумаг. Совокупная стоимость акций ВР, выпускаемых для передачи «Роснефти», составляет примерно $7,8 млрд. Сделка подлежит одобрению фондовыми биржами и административному согласованию. Ожидается, что она будет завершена в течение нескольких следующих недель. Обе компании берут на себя обязательство не продавать полученные в результате обмена акции в течение 2 лет с момента совершения сделки. По истечении двухлетнего периода, продажа или иное использование обмениваемых пакетов акций подлежит определенным ограничениям.
В рамках альянса партнеры договорились о создании совместного предприятия, которое займется геологоразведкой и освоением трёх лицензионных участков (Восточно-Приновоземельские-1, -2, -3) общей площадью около 125 000 кв. км. в южной части Карского моря к востоку от о.Новая Земля, которые были получены «Роснефтью» в 2010 г.
Стороны также намерены продолжить совместное изучение российской части Арктики с целью оценки запасов углеводородов в районах, расположенных за пределами южной части Карского моря. Кроме того, партнеры готовы рассмотреть возможности расширения международного сотрудничества в дополнение к уже существующему паритетному партнерству в рамках германского нефтеперерабатывающего СП Ruhr Oel GmbH.
ВР и «Роснефть» также создадут в России «Центр арктических технологий», который будет заниматься разработкой и внедрением технологий и инженерных решений по безопасному освоению углеводородных ресурсов Арктики.
Комментарии сторон
Премьер-министр Владимир Путин в ходе встречи с руководством BP в своей резиденции в Ново-Огарево, о которой пресс-служба правительства также сообщила в пятницу поздно вечером, отметил, что российские власти поддержат эту совместную работу. «Правительство Российской Федерации намерено создать самый благоприятный налоговый административный режим при осуществлении этих проектов», — цитирует его слова пресс-служба правительства.
«Это уникальное соглашение в полной мере отражает наши долгосрочные укрепляющиеся стратегические связи, — завил глава ВР Роберт Дадли. — Мы рады партнёрству с ведущей российской нефтяной компанией в одном из наиболее перспективных регионов Арктики — наверное, последней из ещё неразведанных крупных нефтегазовых провинций мира». Председатель совета директоров ВР Карл Хенрик Сванберг, комментируя достигнутые договорённости, подчеркнул, что «это историческая и очень важная для ВР сделка».
Президент «Роснефти» Эдуард Худайнатов отметил: «Я рад, что за столь короткий срок мы серьёзно продвинулись вперед в реализации нашей стратегии на шельфе. В своей работе СП будет опираться на опыт и знания ВР — одного из лидеров мировой нефтегазовой отрасли». Присутствовавший на церемонии подписания соглашения в Лондоне зампред правительства, председатель совета директоров «Роснефти» Игорь Сечин отметил, что «международный капитал и российские компании снова готовы вместе реализовывать новые масштабные инвестиционные проекты мирового уровня на территории России, а ведущие российские компании ускоряют свое вхождение в элиту глобальной энергетической отрасли». На пресс-конференции в лондонской штаб-квартире ВР Сечин уточнил, что центр арктических технологий будет создан в Санкт-Петербурге.
Как отмечает The Wall Street Journal, в результате сделки «Роснефть» станет крупнейшим акционером BP. Однако, как заявил в интервью изданию Дадли, речь о предоставлении представителями российской компании места в совете директоров пока не идет. По его словам, логика создания альянса состоит в том, что обе компании считают свои акции недооцененными и за счет сотрудничества рассчитывают исправить эту ситуацию. Гендиректор BP напомнил, что обсуждение возможного совместного освоения арктического шельфа ведется с «Роснефтью» с 2006 г., сообщив, что идея обмена акциями была предложена Сечиным осенью 2010 г. в ходе встречи в Москве. По данным издания, на первую фазу освоения участков, предусматривающую сейсмическую разведку и бурение тестовых скважин, компании планируют потратить $1,4-2 млрд.
И еще – они же создадут центр арктических технологий в Санкт-Петербурге, сообщил на пресс-конференции в лондонской штаб-квартире ВР вице-премьер РФ, председатель совета директоров "Роснефти" Игорь Сечин.
PS Некоторые комментарии (ссылка):
Сделка «Роснефти» и ВР обнаружила несколько обстоятельств, о которых многие догадывались. Первое — вести крупный бизнес в России можно только при сильном содействии власти. Второе — имеет место очередной «триумф российского бизнеса», каковой уже обнаруживался в публичном поле в сделках по Arcelor и EADS. Третье - триумф российского бизнеса происходит, скорее, в силу проблем зарубежных контрагентов. Наконец - «стратегическая» государственническая риторика потерпела крах. Иностранцы вновь получают доступ к «нашим недрам».
PPS Схема участков “Роснефти” на арктическом шельфе (“Коммерсантъ”):
Начал собирать коллекцию ссылок на тему трогательной заботы руководства “как нам обустроить Россию Газпром”. Но судя по всему тема эта бесконечная…
2005 г., “Голубой поток” (источник):
Счетная палата подозревает, что «Газпром» злоупотребил налоговыми льготами, предоставленными монополисту для строительства трубы в Турцию по дну Черного моря. Налоговики пообещали проверить справедливость этих подозрений, но аналитики сомневаются, что проверка обернется неприятностями для монополиста или его менеджеров.
Соглашение о строительстве газопровода «Голубой поток» по дну Черного моря было заключено Россией и Турцией в 1997 г. Строить трубу чиновники назначили российский «Газпром» и турецкую Botas. По оценке «Газпрома», затраты на строительство составили $3,2 млрд.
Под строительство газопровода «Газпром» «выбил» из государства внушительные налоговые и таможенные льготы. Его подрядчики были освобождены от части налогов, таможенных пошлин и сборов, связанных со строительством «Голубого потока». А «Газпром» и «Газэкспорт» освобождались от налогов и таможенных пошлин, связанных с поставками газа по «Голубому потоку». Кроме того, газ, поставляемый по дну моря в Турцию, облагался акцизом по ставке $2 за 1000 куб. м, если топливо продавалось дешевле $65 за 1000 куб. м, вместо 30% от стоимости газа.
Счетная палата не раз обращала внимание на эти льготы. В начале прошлого года аудиторы посчитали, что только в 2003 г. «Газпром» сэкономил на налогах и пошлинах более $1 млрд. СП предложила «Газпрому» расплатиться с государством, передав правительству собственные акции, находящиеся на балансе «дочек», но этот план так и не был одобрен.
А вчера стало известно о том, что, проверив монополиста в конце 2004 г., аудиторы предъявили «Газпрому» новые претензии. Как рассказал сотрудник СП, половина газа, проданного в 2003 г. в рамках межправсоглашения, досталась не уполномоченной Botas, а структуре итальянской Eni. По мнению СП, на поставки Eni льготы не распространялись, что не помешало «Газпрому» сэкономить на акцизах. Из-за этого, по оценке аудиторов, федеральный бюджет потерял 479 млн руб.
2006 г., Петербург (источник):
Как стало известно Ъ, на следующей неделе будут озвучены детали законопроекта о предоставлении беспрецедентных налоговых льгот одному из стратегических инвесторов Петербурга -- компании "Сибнефть", подконтрольной ОАО "Газпром". Город собирается предоставить "дочке" газового монополиста отсрочку на три года по налогу на имущество и транспортному налогу. Дело может обернуться крупным скандалом. С подробностями - корреспондент Ъ Иван Макаров.
Как заявил вчера в кулуарах всероссийской конференции "Инвестиционная привлекательность и корпоративное управление российского бизнеса" источник Ъ, знакомый с ходом подготовки законопроекта, он будет представлен уже в начале следующей недели. "Речь в документе идет о статусе стратегического инвестора, но написан он специально для «Сибнефти», в рамках тех соглашений, что были заключены правительством города и руководством «Газпрома». Инициатором его является Смольный", - пояснил источник Ъ, попросив не упоминать его имени в печати.
2008 г., шельф (источник):
"Газпром" получил 9 месторождений федерального значения, переданных ему распоряжением Правительства от 6 мая. Распоряжение подписал тогдашний премьер Виктор Зубков.
"Газпрому" переданы Западно-Тамбейское, Семаковское, Тота-Яхинское, Антипаютинское, Крузенштернское, Северо-Тамбейское, Тасийское, Киринское и Малыгинское месторождения, отнесенные к объектам федерального значения. Месторождения с суммарными запасами газа промышленных категорий свыше 2,7 трлн кубометров расположены в Ямало-Ненецком автономном округе, на шельфе Карского и Охотского морей.
Правительство поручило Роснедрам предоставить "Газпрому" лицензии в порядке, предусмотренном законодательством.
Это был второй случай, когда "Газпром" получает месторождения без конкурса. Минприроды изначально было против такой тактики, но пошло в результате на поводу у "Газпрома". В апреле Чаяндинское нефтегазовое месторождение было передано для разработки ОАО "Газпром" без конкурса. "Газпром" сможет начать работу на объекте уже в 2008 году. Предполагается, что компания выплатит государству компенсацию в размере 8-10 млрд руб.
2008 г., Штокман (источник):
9 декабря. ОАО «Газпром» просит установить нулевые ставки НДПИ и НДС, а также отменить экспортные пошлины для газа со Штокмановского месторождения. Об этом, как передает РосФинКом, заявил исполнительный директор компании Shtokman Development AG Юрий Комаров, выступая в Госдуме на парламентских слушаниях по проблемам правового обеспечения освоения континентального шельфа РФ.
2009 г., Якутия (источник):
"Газпром" рассчитал, что газа, который каждый год добывается на Чаяндинском месторождении, не хватит для наполнения газопровода из Якутии во Владивосток. Из-за этого компания просит до конца 2009 года передать ей еще четыре месторождения (в Якутии — Среднетюнгское, Тас-Юряхское, Соболох-Неджелинское и Верхневилючанское) с общими запасами более 500 млрд. кубометров газа, которые правительство обещает "Газпрому" с весны, сообщает РБК daily.
Кроме того, "Газпром" просит у правительства налоговые льготы для освоения Восточной Сибири и Дальнего Востока. На них "Газпром" сможет экономить каждый год по 4,5 млрд. долларов.
2009 г., Ямал (источник):
Министерство финансов РФ примет решение о возможности предоставления налоговых льгот для ОАО “Газпром” при работе на газовых месторождениях Ямала в октябре 2009г. Об этом сегодня сообщил заместитель министра природных ресурсов РФ Сергей Донской на проходящей в Санкт-Петербурге IX Международной конференции по освоению ресурсов нефти и газа Российской Арктики и континентального шельфа СНГ. В октябре финансовое ведомство примет решение, будет ли в этом случае применяться “обнуление” или другой вид налоговых льгот, добавил он.
Вот совсем недавнее:
На заседании Правительства Российской Федерации 22 апреля Председатель Правительства Владимир Путин объяснил позицию российского руководства по поводу последних договоренностей с Украиной о пребывании в Крыму российского флота и о снижении цены на российский газ, достигнутых в ходе визита в эту страну Президента РФ Дмитрия Медведева.
В частности, премьер-министр сообщил, что в экономической основе договоренностей лежит снижение цен на российский газ на 100 долларов с 1000 куб.м для Украины. При этом он подчеркнул, что компания "Газпром" здесь не причем. "Ни компания "Газпром", ни акционеры компании от этого снижения не пострадают. Скидка будет достигнута за счет обнуления вывозной таможенной пошлины для Украины. На 30%. То есть эта скидка будет сделана за счет бюджета Российской Федерации", - заявил В. Путин.
Не могу удержаться, чтобы не вставить еще одну цитату (ЖЖ konfuzij):
Мы живём в стране наследников тех кого называли раньше,- " по желанию трудящихся".
Видно въелась эта штука в гены и рефлексы нашего чиновного трудового народа.
По желанию трудящихся... Газпром внёс в правительство предложение о графике повышения цен на газ и тарифы ...
Раз трудящиеся просят инфляцию разогнать и свою покупательную способность уменьшить, также как желает повышения цен на водку, то надо их удовлетворить.
Ой, мы случаем не в дурдоме.
Нет, это Страна невыученных уроков и Перестукины в ней рулят.
Вот самая естественная из всех неестественных монополий клянчит льготы у правительства.
А у того в бюджете могучая дыра вырастает суперпроектными стараниями премьера.
Два вопроса для профи.
1. Кого из троих надо первым сажать в дурдом, газовика, премьера, или Министра финансов?
2. Ну и как тут Кудрин ответит на эту слезницу?
А Кудрин ответил “как надо” (источник).
К чему это все приводит:
PS В Петербурге вообще на все готовы ради Газпрома, любимого:
Переговоры со всеми компаниями о перерегистрации в Петербурге прошли довольно гладко. Исключение составил лишь «Газпром», который в случае перевода штаб-квартиры «Газпромнефти» из Омска в Петербург лишал бы Омскую область почти половины доходов регионального бюджета. Глава газового концерна Алексей Миллер вхож в высокие кремлевские кабинеты не хуже петербургского губернатора, и потому его позиция на переговорах с Валентиной Матвиенко была беспрецедентно жесткой. В обмен на 15-17 млрд рублей в год налоговых поступлений «Газпромнефти» он потребовал строительства за счет городского бюджета административного делового центра для всех петербургских структур «Газпрома» (не только для бывшей империи Романа Абрамовича, но и для «Лентрансгаза» и «Сибура»).
Такой проект обсуждался и раньше. Он предусматривал строительство на правом берегу Невы напротив Смольного ряда бизнес-центров общей площадью свыше 1 млн кв. метров, в том числе 300-метрового офисного здания - по сути первого петербургского небоскреба («Газпром-Сити»). Но до поры до времени предполагалось, что собственником здания станет тот, кто профинансирует его строительство. То есть если бы нагрузка по финансированию легла на Смольный, то он, став собственником самого крупного в городе бизнес-центра, ежегодно получал бы от арендаторов, включая структуры «Газпрома», значительные суммы в бюджет.
Но Алексей Миллер сумел в последний момент «додавить» Валентину Матвиенко. Он добился того, что финансировать строительство Петербург будет за свой счет, 60 млрд рублей на проект будут выделяться в течение десяти лет (по 6 млрд рублей в год) в виде субвенций из городского бюджета, при этом собственником комплекса станет газовый концерн. О бюджетных инвестициях в таком объеме, причем в пользу далеко не самой бедной компании страны, не знала даже куда более богатая Москва. Тем не менее соответствующий петербургский закон был принят Законодательным собранием в первоочередном порядке и к 31 марта (дню заседания совета директоров «Газпрома», когда решался вопрос о перерегистрации «Газпромнефти» в Петербурге) был подписан губернатором. На прошлой неделе была учреждена компания «Газпромнефть Инвест», которая выступит заказчиком строительства.
Два года назад вице-губернатор Петербурга Михаил Осеевский, рассказывая в интервью «Ф.», за счет чего город будет привлекать инвесторов, заявил, что «какая-то морковка должна быть, и мы ее дадим» («Ф.» № 10, 2004)». И хотя тогда речь шла о налоговых льготах, которые в рамках проекта «Газпром-Сити» не предполагаются, $2 млрд. вполне можно назвать той «морковкой», которая соблазнила весьма состоятельного плательщика, хотя и не полноценного инвестора.
И особенно красноречиво вот это:
С целью реализации Проектов в рамках настоящего Меморандума, Санкт-Петербург обеспечивает:
• наличие в Санкт-Петербурге законодательства, предусматривающего понижение ставки налога на прибыль, зачисляемого в бюджет субъекта федерации, с 17,5% до 13,5% для категории налогоплательщиков, к которой могут быть отнесены дочерние общества ОАО «Газпром», в соответствии с положениями статьи 284 Налогового кодекса Российской Федерации и статьи 11-4 Закона Санкт-Петербурга № 81-11 «О налоговых льготах» (в редакции от 16.12.2004);
• рассмотрение возможности предоставления дочерним обществам ОАО «Газпром» в рамках реализуемых на территории Санкт-Петербурга Проектов субвенций из бюджета Санкт-Петербурга, размер которых соответствует величине, не превышающей 50% от сумм налогов, перечисляемых в бюджет Санкт-Петербурга.
PPS А вот мнение европейцев о кризисе Газпрома (довольно полный обзор, источник):
It has become evident that Gazprom suffers from a profound structural crisis, and it needs to downsize, tighten its belts and reform.
Основное событие последнего периода в нефтяной экономике и геополитике – изменение баланса сил между международными нефтяными компаниями (МНК) и национальными нефтяными компаниями (ННК). МНК – частные компании с долгой историей (в частности, “большая пятерка”: ExxonMobil, Chevron, ВР, Shell, ConocoPhillips), ННК – как правило, компании из развивающихся стран (кроме норвежской Statoil). Возникло как-бы два полюса: на одном деньги, технологии и опыт, на другом – ресурсы.
Проблемы у МНК – доступ к месторождениям. У ННК проблемы в совершенно иной области (источник):
При всем бесконечном разнообразии ННК, работающих в различных экономических и политических условиях, по-разному справляющихся с некоммерческими обязательствами и производственной деятельностью, прослеживаются общие факторы, определяющие их успехи и провалы. Они четко видны на двух примерах из западного полушария – Pemex и Petrobras.Главная особенность государственных нефтяных компаний – низкая эффективность по сравнению с частными. Это было подтверждено много раз, вот еще один пример (Капустина, Л.М., Крылов, Д.С., 2008. Сравнительный анализ эффективности частных и государственных нефтяных компаний. Известия УрГЭУ, 3(22): 26-32). Использовалась математическая модель оценки эффективности, в качестве экзогенных параметров были использованы запасы нефти и газа, а также число сотрудников компании, в качестве выходного параметра – выручка от реализации нефти и газа компании.
Истощение месторождения Кантарелль, расположенного на мелководье Мексиканского залива, – трагедия для государственной монополии Pemex, поскольку оно дает 60% нефти страны. С 1996 по 2006 год доказанные запасы Мексики упали с 48,5 до 12,9 млрд. баррелей, а добыча выросла с 3,2 до 3,6 млн. баррелей в сутки. Обеспеченность страны доказанными запасами – 9,6 года.
В 2004 году Pemex открыла залежи нефти в глубоких водах залива. Однако нужны сейсмические исследования, чтобы определить их потенциал, а у компании нет ни денег на это, ни технических возможностей для бурения морских скважин глубже 500 м. Pemex – «изможденная дойная корова» мексиканского правительства: она дает 35% доходов госбюджета. Из-за тяжкого налогового бремени она держится на плаву благодаря заимствованию, и у нее колоссальный долг (более 50 млрд. долл.). При этом Pemex похожа на ленивого домашнего пса, которому не надо добывать себе пропитание – Конституция защищает ее от конкуренции частного и иностранного капитала, она не может быть объявлена банкротом, а правительство, утверждающее ее годовой бюджет, выручает при финансовых затруднениях. Если Мексика не откроет нефтяную промышленность, в следующем десятилетии правительству надо будет найти 70–100 млрд. долл. для Pemex, чтобы поддержать добычу на текущем уровне. Однако у правительства таких денег нет, и, похоже, стране скоро придется импортировать нефть для своих нужд.
Совсем иная судьба у Petrobras, которая, как бродячая собака, окрепла в борьбе за жизнь. В 1995 году бразильское правительство положило конец ее монополии, допустив в отрасль иностранцев. В 2000 году акции Petrobras были размещены на бирже, и доля государства теперь составляет 32%.
С 1996 по 2006 год запасы нефти Бразилии выросли с 6,7 до 12,2 млрд. баррелей, а добыча Petrobras – с 0,8 до 1,9 млн. баррелей в сутки: компания обеспечила стране независимость от импорта нефти. Коэффициент замещения запасов Petrobras составил 174% в 2006 году. У Petrobras стратегическая задача – довести добычу нефти и газа до 4,5 млн. баррелей н.э. в сутки к 2015 году, инвестировав 87,1 млрд. долл. до 2011 года.
Компания активно выходит на мировую арену: если в 1997 году она работала в 11 странах, то сейчас – в 27 и прорывается на азиатский рынок. Она развивает нефтепереработку и нефтехимию, экспортирует готовую продукцию, производит этанол и биотопливо. Petrobras ежегодно тратит 300–500 млн. долл. на НИОКР по морской добыче и поставила мировой рекорд, пробурив в 2006 году подводную скважину глубиной 6,9 тыс. метров.
В мире «кузин» таких полярных историй много – возьмем преуспевающую малайзийскую Petronas и слабеющую индонезийскую Pertamina. Все эти сюжеты выявляют ключевые факторы успеха ННК:
- конкуренция с частными компаниями или МНК; интернационализация;
- выход на международные рынки капитала;
- невмешательство государства в работу компании;
- минимум непрофильных обязательств;
- разумное налогообложение;
- институты, ограничивающие коррупцию;
- частичная приватизация;
- внедрение элементов частных корпораций в государственные ННК.
В 1991 г. Абдулла Aль-Обайдан и Джеральд Скалли изучили сравнительную эффективность
государственных нефтяных компаний, используя параметрические методы, в частности метод стохастической границы (Stochastic Frontier Approach). Ученые проанализировали операционные и финансовые показатели 44 компаний и построили границу эффективности производства. В качестве экзогенных параметров были использованы активы компаний и количество сотрудников, в качестве выходных данных – выручка за период, а также объем добычи и переработки нефти. По результатам исследования эффективность государственных нефтяных компаний составила 63−65% эффективности частных компаний.
В 2007 г. специалисты института Джеймса Бейкера провели аналогичное исследование. Ученые проанализировали финансовые и операционные показатели 80 компаний за 2002−2004 гг. По результатам расчетов, государственные компании также не вошли в число лидеров, в то время как все транснациональные нефтяные компании расположились у границы эффективности. Среднее значение нормированного показателя эффективности для государственных нефтяных компаний составило 0,27, для крупнейших частных компаний мира – 0,73.
Принимая во внимание результаты исследования и расчеты специалистов института Джеймса Бейкера, мы решили изучить эффективность частных и государственных компаний в динамике. Поскольку расчеты производились на базе CCR по методике АСФ (DEA), результаты вполне сопоставимы.
 |
| Оценка эффективности (данные за 2007 г.). Залитые столбики – государственные нефтяные компании, пустые – частные. |
Последнее время несколько раз попадался мне этот термин - “ресурсный национализм” (e.g., источник):
В мировой элите, наконец-то, нашли термин, адекватно описывающий происходящее в России. Оказывается, мы теперь живем при «ресурсном национализме». В США на эту тему только что был представлен доклад Национального нефтяного совета.
Речь в нем идет о перспективах мировой энергетики до 2030 года.
В России, как небеспочвенно считают американцы, ресурсный национализм используется, в частности, для «ползучего» пересмотра итогов приватизации и перераспределения нефтяных доходов в пользу властвующего клана. Почему это делается? Бой в пропагандистские барабаны и крики про вражеское окружение идут сегодня неслучайно. Под них из страны активно выводятся финансовые и энергетические активы. Эти пиар-действия считаются в Кремле лучшим фоном и способом «обезопасить» национальные ресурсы как от чрезмерного внутреннего потребления народом, так и от эксплуатации международными компаниями (с тем, конечно, обезопасить, чтобы ресурсы эксплуатировали приближенные к власти госкорпорации). Неслучайно энергоресурсы у нас все больше гонят на Запад, а в стране опять дело идет к росту внутренних цен на газ и бензин. Затем, соответственно, подскочат цены на хлеб и остальное продовольствие. Конечно, Россия должна защищать свои интересы, никто не спорит. Однако оголтелый «ресурсный национализм» крайне опасен. Как минимум он ведет к утрате доверия инвесторов. Как максимум – к краху экономической политики, а затем и самой взлелеянной «политической стабильности». Получается абсурд: свои сверхприбыли от эксплуатации природных ресурсов мы складываем в зарубежные банки, не инвестируя в свою экономику. При этом мы все больше усложняем жизнь западным инвесторам и в политическом, и в экономическом аспекте. На что, интересно, рассчитываем?
Примечательно, что это написано еще в 2007 году, на пике “процветания” путинской экономической политики.
Придумали этот термин впервые американцы. Потом стали использовать и другие, например, BP:
«Ресурсный национализм и налоговый режим в России, как и других странах, привел к сокращению добычи. Курс на госконтроль над месторождениями и ограничения и препоны для частных инвесторов, в том числе иностранных, приводят к ограничению поставок на мировой рынок», — прокомментировал ситуацию главный экономист ВР Кристофа Рюль.
Хотя само по себе словосочетание довольно странное, но в России его сразу поняли и приняли на свой счет :) Вообще-то “ресурсный национализм” применим не только к России – есть много примеров и в новейшей истории, и сегодня в других странах (источник):
Правительства некоторых нефтедобывающих стран вынуждены "обирать" свои национальные нефтяные компании, чтобы пополнять государственную казну и финансировать политические проекты, рассказывает Мишель Фосс, возглавляющая Центр по экономике энергетики при Техасском университете в Остине. Например, в Иране нефтяные доходы обеспечивают 90 процентов госбюджета, а в Мексике - 80 процентов. Страны, проводящие такую политику, как правило, вкладывают меньше всего средств в новую разведку и добычу, сообщила Фосс.
Венесуэла, к примеру, инвестирует всего половину средств, необходимых для поддержания добычи на стабильном уровне, отмечает Майкл Экономидес из руководства Техасского энергетического центра.
К чему это приводит? К нехватке нефти и повышению цен (источник):
Ограничение доступа к ресурсам — «ресурсный национализм» — и усиление роли госкомпаний в добыче нефти стали главными факторами, вызывающими нехватку нефти на мировом рынке, говорится в докладе консалтинговой компании PFC Energy, специализирующейся на нефтегазовой отрасли. «Проблема не в том, что кончается нефть: заканчиваются производственные мощности», — говорит предправления PFC Робин Уэст. А госкомпании не в состоянии быстро нарастить производство, поскольку из-за политических мотивов ограничивают сотрудничество с международными нефтяными компаниями, владеющими современными технологиями. Вдобавок высокие цены на нефть не стимулируют их вкладывать много денег в рост добычи, говорится в докладе.
Усиление роли госкомпаний — долгосрочная тенденция, считает PFC. До 1961 г. они могли инвестировать в добычу почти в любой стране, кроме СССР и Мексики. А сейчас доступ есть лишь к 10% мировых нефтяных ресурсов. Политические факторы ограничивают рост добычи в Мексике, Венесуэле, Иране, Ираке, Кувейте и России, говорится в докладе. Ограничивает добычу и Саудовская Аравия, а вместе эти семь стран контролируют 65% мировых резервов и 45% добычи нефти.
Вот еще спокойный аналитический обзор pro et contra «ресурсного национализма» (источник). И вывод:
Так или иначе, «проклятие ресурсов», безусловно, создает объективные предпосылки для возникновения упомянутого веера негативных для развития страны социально-экономических и политических последствий. Для того чтобы успешно преодолеть эти последствия, от руководства страны, обремененной большими запасами ценных природных ресурсов, требуются значительные усилия, чтобы справиться с теми стимулами к фактическому проведению политики ресурсного национализма, которые порождаются сложившимися обстоятельствами у существенной части государственных служащих, т. е. работников организации, называемой «государство».
Поскольку политика ресурсного национализма облегчает проявления «проклятия ресурсов», думается, что обращение к ней не лучший выбор со стороны руководства страны, решившей не становиться ресурсным придатком активно развивающихся инновационных экономик.
Пара заметок, подводящих некоторые итоги. Первая – о ситуации на шельфе - “Собака на шельфе” (источник: «Газета.ру»):
Сегодня разумный подход заключается в том, чтобы как можно скорее выбросить «опыт нулевых» в корзину как негодный и немедленно перейти к конкурентной модели экономики, в частности и в деле освоения шельфа.
На днях министр природных ресурсов и экологии Юрий Трутнев подвел итоги путинской политике освоения шельфа. Это очень спокойная оценка, данная лояльным министром. Тем самым высокопоставленным чиновником, который осенью 2006 года сыграл одну из ключевых ролей в атаке «государства» на шельфовый проект «Сахалин-2». Результатом этого давления стало вхождение в готовый проект «Газпрома», получившего контрольный пакет.
Если сказать просто, то суть проводимой в последние годы в отношении шельфа политики заключалась в том, что на него, словно воеводы на кормление, были посажены две т. н. «государственные компании» – «Газпром» и «Роснефть».
В некотором смысле здесь в чистом виде был поставлен эксперимент с путинской моделью в экономике. Ставка была сделана на компании, напрямую подконтрольные высшим чиновникам. Фактически ряд функций публичной власти был приватизирован. Это была такая огромная собака о двух головах, лениво развалившаяся на континентальном шельфе. А государственные органы повиновались даже не взгляду ее, а шевелению хвоста.Каковы же итоги славных деяний?
В начале 2010 года выяснилось, что «иллюзии о том, что денег много, рассеялись». Более конкретно это означает, что «того объема денег, которые сегодня стараниями двух компаний инвестируются в развитие и разведку шельфовых месторождений, не хватает для их освоения в сколько-нибудь осмысленные сроки». Это общий вывод. Он проиллюстрирован цифрами: «В одном из самых успешных по объему инвестиций 2008 году суммарный объем вложенных средств составлял около 60 млрд рублей. При таком объеме финансирования на освоение шельфа потребуется более 160 лет». А вот и частная иллюстрация: «Давайте называть вещи своими именами: у нас есть Штокман, работы по которому мы не можем толком осуществить». Если назвать вещи своими именами, то это полный провал.
Высказал Юрий Трутнев и вполне политический вывод, уместный в устах оппозиционного политика, а не лояльного министра: «Заниматься распределением прав работы на шельфе должны не акционерные компании. Ведь сейчас, к примеру, «Роснефть» получает эти месторождения, а потом начинает ими распоряжаться. Это достояние государства и всех жителей России, а не только акционеров «Роснефти».
Пару лет назад, не говоря уже об эпохе проглатывания активов ЮКОСа компанией «Роснефть», такое направление мысли трудно было себе представить. Тогда «государство» и «государственные компании» не разделялись.
Подразумевалось, что государство – это как бы голова, а государственные компании – руки. Последние оказались эффективными там, где нужно было взять то, что было создано помимо них (ЮКОС, «Сахалин-2»), но выяснилось, что «загребущие руки» – негодный инструмент для работы, в ходе которой требуется создавать что-то новое. Да и голова, к слову, здесь требуется другая, не с нынешними клептократическими завихрениями.Что же предлагается делать?
Фактически ограничиться полировкой существующего положения вещей. Суть рекомендаций министра хорошо видна из следующей фразы: «Я считаю возможным, чтобы держателем лицензии выступали «Газпром» или «Роснефть», но это не должно мешать привлекать инвесторов». Другого подхода, впрочем, трудно ожидать при существующей конструкции политической власти. Потому что именно эта конструкция, не предполагающая конкуренцию, и является главным препятствием для действительно разумной экономической программы властей в освоении шельфа.
Правильный подход заключается в как можно более скором создании инвестиционного режима, основанного на соглашениях о разделе продукции (СРП). Что же выдумывать какие-то схемы, когда на шельфе прекрасно работают два огромных проекта, «Сахалин-1» и «Сахалин-2»? С технической точки зрения не представляет проблем распространить накопленный в рамках этих проектов опыт, в том числе и отношений с государством, на другие шельфовые разработки. Получается какая-то шизофреническая картина, раздвоение.
Вместо того чтобы учиться на позитивном опыте, утверждается, что шельфовые проекты СРП – это «наследие 90-х», результат «тяжелого положения, в котором находилось государство», а сейчас «нужно иначе». Как иначе? Как в провальных «нулевых»? Потратить еще 10 лет на эксперименты? Теперь по уговариванию «Газпрома» и «Роснефти»?
Становится понятно не только то, о чем говорит Юрий Трутнев, но и то, что время не ждет. В этом смысле путинские годы были просто потерянным десятилетием, вычеркнутой страницей. Мир шел вперед, развивал технологии, разрабатывал сланцевые месторождения, а здесь размышляли о том, как бы сподручнее отхватить шельф, выдумывали подрядные схемы работы с международными нефтегазовыми компаниями. Под разговоры о «государственных интересах».
В мире на календаре 2010 год, а у нас все еще 2003-й.
И сегодня разумный подход заключается в том, чтобы как можно скорее выбросить весь этот «опыт нулевых» в корзину как негодный, срочно поправить закон «О соглашениях о разделе продукции», закон «О недрах», главу о режиме СРП в Налоговом кодексе и немедленно перейти к конкурентной модели освоения шельфа. Привлекать международные нефтегазовые компании, заставлять «Газпром» и «Роснефть» конкурировать с ними.К слову сказать, если последние не выполняют условия лицензий, следует безжалостно отбирать у них права пользования и выставлять соответствующие месторождения на тендеры. Не нужно входить в их «тяжелое положение». Оно теперь у них будет таким всегда. Эта собака, никогда не отличавшаяся сноровкой, за годы лежания на шельфе еще больше разжирела. Пора ее оттуда убрать. Пусть побегает по лесу, поищет, что бы съесть. Охотиться она давно не умеет, так пусть хотя бы в первое время сама себя покормит. А там посмотрим, что с ней делать. Скорее всего, на продажу. Не Путину и Сечину. В другие, хорошие руки.
И вторая – очень интересное интервью с Михаилом Корчемкиным - “Негибкий Газпром”.
PS Еще один пример поведения Газпрома:
|
Три дня был в Москве на конференции AAPG “3P Arctic” (29 сентября – 2 октября). “3P” значит Polar Petroleum Potential. Конференция происходила в “керосинке” (Государственный университет нефти и газа им. Губкина).
Впечатлило количество докладов – одновременно шли доклады на трех сессиях и постеры, это было немного неудобно, так как почти все доклады были интересные и приходилось просто разрываться на части.
Но организация просто ужасная. В очереди на регистрации отстоял больше часа, доклады смещались по времени и заменялись, при этом информации почти не было. Удивительно, но до сих пор отсутствуют тезисы докладов. Залы неудобные – главный был слишком большой, две других аудитории слишком маленькие. И отношение к конференции какое-то хамское – во второй день всех выгнали из главной аудитории ради каких-то молодых ученых Лукойла (кстати, судя по последним двум конференциям, можно было бы сделать вывод, что ни у Лукойла, ни у Газпрома ученых вообще нет – ни одного научного доклада), в последний день одну сессию просто закрыли раньше времени, всех выгнали и начали разбирать выставку не дождавшись пока все уйдут.
Вот моя презентация – практически перевод на английский доклада, сделанного две недели назад на RAO/Offshore.
О других докладах добавлю информацию позже.На прошлой неделе три дня участвовал в конференции (9-я Международная конференция и выставка по освоению ресурсов нефти и газа Российской Арктики и континентального шельфа СНГ, RAO/CIS Offshore 2009, 15-18 сентября 2009, Санкт-Петербург). RAO значит Russian Arctic Offshore, CIS - Commonwealth of Independent States. Открывалась она в Михайловском манеже, потом было первое заседание в Смольном соборе, потом в Отеле Европа.
Мои некоторые субъективные впечатления от конференции (совсем не такие как на официальном сайте):
1. Конечно, как это обычно бывает на таких мероприятиях, геология была отодвинута куда-то в угол - основная часть программы была составлена скорее для технологов, может быть еще юристов, да и пресса, и большинство участников намного охотнее обсуждали проблемы освоения уже известных месторождений нежели проблемы открытия новых (особенно много разговоров было о Штокмановском проекте).
2. Впрочем, в первых же выступлениях А.Э.Конторовича и В.П.Орлова было сказано немало о необходимости государственной программы геологического изучения шельфа. В один голос они сказали, что надо менять законы – Газпром и Роснефть не в состоянии не то, что изучать шельф, но даже осваивать известные месторождения. Они связаны обязательствами и проектами на десятки лет, освоение шельфа будет вестись по остаточному принципу. В 2040-2050 гг. главные центры добычи нефти и газа переместятся на шельфы арктических и дальневосточных морей России. Конторович даже подсчитал, сколько и каких скважин надо пробурить.
По его мнению, оценки ресурсов Арктического океана американцами сильно занижены. Извлекаемые запасы нефти Северного Ледовитого океана больше 32 млрд тонн условных углеводородов и не превышают 92 млрд тонн условных углеводородов, по газу коридор идет между 55 трлн и 154 трлн кубометров. Всего получается порядка 140 млрд тонн условных углеводородов. По ресурсам нефти и газа арктический нефтегазоносный супербассейн, в частности, евразийские шельфы Северного Ледовитого океана, должны быть поставлены в один ряд с крупнейшими нефтегазоносными бассейнами мира - такими, как Персидский и Западно-Сибирский. По богатству запасов шельфы морей Северного Ледовитого океана превосходят все остальные океаны земли.
Еще он вспомнил, что Россия на одном из последних мест по нефтепереработке, упомянул и об экологических проблемах.
В.П. Орлов добавил, что плотность поискового бурения в России в 14 раз меньше, чем в США. По сравнению с временами СССР в 10 раз сократилась доля крупных месторождений среди открытых, что грозит истощением ресурсов.
Несколько осторожнее, но в целом те же идеи о государственной программе говорил академик А.Н.Дмитриевский. Он даже изобрел новый термин - “ресурсно-инновационное развитие”, примером которого объявил Норвегию, которая за 40 лет прошла путь от одной из самых беднейших (он так и сказал, хотя рядом был Хансен из Statoil!) до самой развитой страны по уровню технологий и благосостоянию граждан.
3. Моё сообщение (16 сентября, “Европа” на “крыше”) в значительной мере повторяло прошлогоднее в Мурманске, сильно изменен только раздел про аплифт (анализ данных по скважинам).
4. Чиновники особо не смущались резать “правду-матку”. Замминистра природных ресурсов и экологии РФ С.Е. Донской, например, прямо сказал, что организуются новые экспедиции с целью доказать континентальное происхождение коры под хребтом Ломоносова и поднятием Менделеева (sic -замечательная формулировка задачи для научных исследований!). Губернатор Мурманской области Дмитрий Дмитриенко гордо козырял “партийным проектом” “Единой России”. Только заместитель директора Департамента государственной политики в сфере геологии и недропользования Министерства природных ресурсов и экологии РФ Дарья Василевская вспомнила о несовершенстве законодательства в области недропользования – у компаний нет никаких стимулов вкладывать деньги в геологоразведочные работы, особенно связанные с повышенными рисками.
5. Интересный доклад И.А.Костечко (ООО «СейсГеоРесурсы») ”Морская сейсморазведка как инструмент в изучении шельфов морей Российской федерации”.
Крайне низкая изученность шельфов морей Российской Федерации вызвана прежде всего, неэффективностью проводимой политики государства в области геологического изучения и недропользования и крайне низкой степенью технической оснащённости, что, в свою очередь, приводит к недооценке потенциала углеводородной базы России, к недостоверности данных, к уменьшению инвестиционной и инновационной привлекательности изучения, освоения и развития не только отраслей нефтегазовой индустрии, но и территорий, примыкающих к морским месторождениям. Предусмотренные до 2020 года федеральные средства на изучение акваторий и недр морей Российской Федерации архималы и явно недостаточны для определения нефтегазоносности по государственной программе воспроизводства минерально-сырьевой базы России.
Безусловно, существование госзаказа, выделение бюджетных средств на проведение и производство геологоразведочных работ – это важная и положительная деятельность, связанная с изучением недр и воспроизводством минерально-сырьевой базы России на основе баланса потребления и воспроизводства. Однако существует много негативных моментов, связанных с предметом контракта и её ценой. Зачастую, вместо проведения полевых геолого-геофизических работ, размещаются и проводятся конкурсы по аналитическим тематикам, разработкам методик подсчётов запасов и лицензированию и т.п. Программы работ госзаказа разрабатывают сами соискатели, они же и предлагают возможную контрактную цену и сроки выполнения работ. Так было при старой системе, так осталось и ныне. Данная система порождает кумовство, коррупцию, протекционизм и защиту отдельных предприятий, а также способствует завышению цен и стоимости геологической информации. Войти в круг «избранных» предприятий фактически невозможно. Бюджетные же средства, выделяемые государством, тоже незначительные в сравнении с тем, что должно быть выполнено.
Отставание Российской Федерации, располагающей самой большой по площади зоной континентального шельфа в мире, в обеспеченности техническими средствами изучения прибрежных районов ОГРОМНО. Западные сервисные компании имеют в хозяйственном ведении и оперируют в общей сложности 80-тью судами, из них: 36 судов 2Д и/или мини 3Д. При этом средний возраст судов не превышает 15 лет, а возраст 41 судна 3Д в среднем составляет менее 9-ти лет. Причем, процесс наращивания и модернизации флота происходит непрерывно. Только за период 2008-2012 годы западные компании предполагают пополнить свой флот 16-тью новыми судами 2Д и 3Д.
Российские же компании, занимающиеся морской сейсморазведкой, имеют в хозяйственном ведении в общей сложности всего 9 судов 2Д и мини 3Д. Средний возраст этих судов превышает 20 лет; и нет судна, способного выполнить полномасштабные трехмерные (3Д) сейсмические работы. В ближайшие 2-3 года пополнения флота новыми судами не ожидается, т.к. до настоящего времени не заложено ни одного судна. Без решения этой проблемы, в скором времени, Россия останется без своего специализированного флота, и не на чем будет проводить геологоразведочные сейсмические работы.
Предложен выход – менять законодательство и разрешить мультиклиентные работы с участием иностранных компаний.
6. Еще один доклад “Развитие морской геофизики и северного морского пути – залог успеха в освоении нефтегазового потенциала континентального шельфа России” (С.М.Стефаненко)
Морская сейсморазведка, являясь одним из основных направлений геофизики, на сегодняшний день входящей в перечень наиболее конкурентоспособных сегментов российского нефтесервисного рынка, характеризуется значительным дефицитом мощностей и отсутствием серьезной конкуренции в России. Прежде всего, об этом свидетельствует тот факт, что из общего числа компаний, имеющих 3D сейсморазведочные суда (количество которых на мировом рынке 16), лишь две российские. Учитывая, что площадь шельфа России, как одного из наиболее перспективных участков для работы таких организаций, самая большая в мире, можно отметить, что потенциальных мощностей этих двух компаний недостаточно даже для оказания услуг на акваториях, относящихся к территории Российской Федерации. Также необходимо подчеркнуть, что количество судов, принадлежащих российским компаниям, во много раз меньше чем у ряда зарубежных конкурентов. За более чем тридцатилетний период существования 3D сейсморазведочного флота основное снижение темпов пополнения мощностей мировой геофизической индустрии этого направления наблюдалось в начале 2000-х годов, что обусловлено изменением мировых цен на нефть, различного рода политическими и экономическими факторами, которое в настоящее время сменилось периодом постройки новых судов и модернизации имеющихся мощностей. Среди компаний, активно осуществляющих наращивание мощностей, присутствуют ведущие геофизические организации таких стран мира как Норвегия, Франция, США, Австралия, Китай, Индия. Рассматривая распределение сейсморазведочных 3D судов по количеству сейсмокос на одно судно, можно сделать вывод, что наибольшую долю занимают суда, имеющие по 6 сейсмокос, по 8 сейсмокос и по 12 кос. 8-микосными судами обладают компании – представители Франции, Норвегии и США (по сути, лидеры рынка) такие как Western Geco, CGG-Veritas, Scan Geophysical. Для сравнения российские суда, построенные в конце 80-х – начале 90-х годов, имеют всего по 4 сейсмокосы.
И вывод:
На современном этапе тема развития судостроения является весьма своевременной, о чем свидетельствует необходимость поддержания прочной энергетической безопасности России, вследствие выхода на первый план одного из перспективнейших путей развития отечественной энергетики – освоения арктической части континентального шельфа Российской Федерации. По мнению большинства экспертов, освоение шельфа предлагается поставить в один ряд с космосом, нанотехнологиями, электроникой, то есть отнести к высокотехнологичному сектору, на который сегодня делает ставку государство. Как уже было показано выше, Россия нуждается в строительстве значительного флота сложных наукоемких судов, среди которых необходимо выделить геологоразведочные суда для изучения перспективных арктических территорий шельфа в целях воспроизводства минерально-сырьевой базы.
Вот еще интересное мнение этого же эксперта:
«Несмотря на существующие ограничения в действующем законодательстве на участие в изучении недр иностранных компаний, доля их услуг в совокупном объёме гораздо выше, чем по данным официальной статистики, - сообщила корреспонденту журнала «Нефть России» кандидат экономических наук Светлана Стефаненко. - Это связано с недостатком производственных мощностей у российских геологоразведочных и геофизических компаний, которые по агентским договорам, по сути, на условиях субподряда, привлекают к выполнению заказов иностранные организации.»
В перспективе, по мнению эксперта, данная ситуация может привести не только к потере отечественными предприятиями существенной доли данного рынка, но и к «сверхинформированности» иностранных добывающих структур о наиболее перспективных локальных участках, что позволит им принимать более обоснованные решения при выборе направлений диверсификации портфеля активов.
PS И еще одно мнение о конференции - Георгий Васюточкин с “СПб ведомостях”.
Любопытная заметка о будущем энергетики.
Альтернативные источники энергии по стоимости уже конкурируют с традиционными. Эта тенденция изменит мировую экономику, а инвестиции в перспективные проекты могут принести хорошую прибыль.
Все развитые страны и крупнейшие фирмы (даже нефтяные!) вкладывают все больше денег в разработку новых источников – энергии Солнца, ветра, биотопливо.
И вывод:
Таким образом, вопреки прогнозам скептиков, чистые источники электроэнергии занимают все более существенное положение в общей выработке. Темпы роста сектора действительно впечатляют: установленная мощность ВИЭ (возобновляемые источники энергии) увеличивается каждый год на 30–40% и только для ветра сейчас превышает 120 ГВт (две трети общей генерации в России). И причин для замедления пока не видно: Европейский Союз принял постановление, обязывающее страны-участницы довести долю выработки ВИЭ к 2020 году до 20%, а США ставят цель по удвоению существующих мощностей. При таких темпах в скором времени ВИЭ действительно смогут оказывать серьезное давление на цены углеводородов, что будет выгодно всем, кроме стран-экспортеров.
Но все равно, огромному числу россиян очень нравится мнение, что это авантюра, раздуваемая США и академик Капица все это закрестил еще в 1972 г. (e.g., статья Сергея Лопатникова в “Профиле”).
Надоело слушать аргументы, что головные офисы крупных нефтяных и газовых компаний располагаются именно в высотных сооружениях в небосредственной близи к центру мегаполиса – дескать, это мировая практика (e.g.: Марк Чернов или Николай Танаев). В подавляющем большинстве случаев это двойная неправда, рассчитанная на легковерных – большинство штаб-квартир богатейших энергетических компаний отнюдь не являются небоскребами, и не обязательно вблизи центра, и часто совсем не в мегаполисах…
Вот рейтинг 50-ти крупнейших нефтяных фирм мира по версии Energy Intelligence Group:
В первую десятку крупнейших нефтяных компаний мира вошли: Saudi Aramco (Саудовская Аравия), NIOC (Иран), Exxon Mobil (США), PDV (Венесуэла), CNPC (Китай), BP (Великобритания), Shell (Великобритания - Нидерланды), ConocoPhillips (США), Chevron (США) и Total (Франция).
Компании из постсоветских государств распределились в этой табели о рангах следующим образом: "Газпром" (Россия) - 13-е место, "Роснефть" (Россия) - 16-е (Россия), "Лукойл" (Россия) - 18-е, "Сургутнефтегаз" (Россия) - 29-е, Uzbekneftegaz (Узбекистан) - 34-е, Socar (Азербайджан) - 36-е, ТНК-BP (Россия) - 43-е, Kazmunaigas (Казахстан) - 50-е.
Ниже информация о главных штаб-квартирах нынешней топ-десятки:
| Компания | Местоположение главного офиса | Фотография | |
| 1 | Saudi Aramco | Dhahran, |  |
| NIOC | Tehran, Iran |  | |
| 3 | Exxon Mobil | Irving, TX, US (население ~ 200 000) |  |
| 4 | PDV | Caracas, Venezuela |  |
| 5 | CNPC | Пекин, Китай |  |
| 6 | BP | St James's Square, London, UK |  |
| 7 | Shell | The Hague, The Netherlands |  |
| 8 | Conoco-Phillips | Houston, TX, US |  |
| 9 | Chevron | San Ramon, CA, US (население ~ 45 000) |  |
| 10 | Total | Paris, France (La Défense) |  |
PS Еще добавление про проект StatoilHydro в Осло:
Исландия серьёзно пострадала от финансового кризиса, в последние шесть месяцв принёсшего ей высокую инфляцию и многочисленные банкротства. Но даже в тяжёлой финансовой ситуации перспективы обнаружения нефти или газа на исландском континентальном шельфе заставляют инвестировать новые средства в геологоразведочные работы в так называемой зоне Дреки.
"Несмотря на сложившуюся в Исландии финансовую ситуацию, мы должны исследовать потенциал зоны Дреки. Сейчас к Исландии обращены взоры множества инвесторов со всего мира", - сказал, по информации Oilinfo.no, министр промышленности страны Оссур Скарфединсон.
 | Зона Дреки - крупнейший из легкодоступных районов мирового океана, до сих пор не обследованных на предмет наличия нефти и газа. По данным энергетического управления Исландии, следы нефти были обнаружены в таких же осадочных породах, в каких были найдены крупные месторождения нефти норвежского континентального шельфа. |
… Те, кто утверждают, что спусковым крючком послужил кризис, лукавят. Спад начался, когда мировые финансовые неурядицы еще не коснулись напрямую страны и отрасли, когда стоимость барреля была сверхвысокой. Просто кризис резко подталкивает в спину добывающие компании, приготовившиеся было к плавному спуску с пика добычи. Еще недавно пессимистический сценарий предусматривал сокращение извлечения нефти из недр Югры на сотни тысяч тонн в год, сегодня счет идет уже на миллионы.
Вообще, прогнозы приходится регулярно переписывать. Пришлось отказаться от планов покорить 300-миллионную отметку. Сейчас заветная мечта - во что бы то ни стало удержаться на 280 миллионах. Но как, если ресурсная база оскудела, а нефтяные компании ввели режим тотальной экономии корпоративных расходов? Снижаются траты на поиск, доразведку месторождений, на разработку и внедрение технологий, природозащитные мероприятия.
Не лишним будет напомнить, что в 90-е годы отечественная нефтянка тоже скукожилась. Из недр Ханты-Мансийского округа выкачивали вдвое меньше, нежели сегодня. Стоимость барреля, опускавшаяся до 10-12 долларов, не подвигала к интенсификации добычи. Вложения в разведку сократились в разы, что поначалу не вызывало особой тревоги: с советских лет остался солидный резерв доказанных запасов. Преимущественно их и извлекали.
Вложения в геологию (деньги концентрировало в своих руках государство через налог на воспроизводство минерально-сырьевой базы) стали расти на переломе столетий. Если оценивать по погонным метрам, то максимум был внушительным - превысил один миллион. Объемы бурения в регионе втрое уменьшились после отмены налога, заботу о приросте запасов переложили на компании. Федерация, правда, тоже вкладывает в разведку - до 20 миллиардов рублей в год. По мнению президента Союза нефтепромышленников Геннадия Шмаля, это ничтожный капитал. На ханты-мансийскую провинцию, дающую сегодня около 60 процентов российской нефти, приходятся крохи. В текущем году бюджетное финансирование поисковых работ в регионе практически прекращено. Территория признана малоперспективной. Остается, мол, добирать остатки крупных залежей, "откачивать" средние и множество мелких. Сливки, как прежде, не снимешь, себестоимость добычи увеличивается в силу изменения глубин и усложнения структуры залегания нефти.
Противоположного мнения придерживаются десятки авторитетных отечественных ученых. Нет, они не отрицают, что извлечение нефти в Западной Сибири сопряжено с существенным ростом затрат. Например, академик Алексей Конторович настаивает на масштабных геологических исследованиях. Ибо безосновательно делать выводы о том, что недра близки к истощению. Если условно представить геологические наслоения в три этажа, то верхний, самый близкий к поверхности, изучен наполовину, а выработан менее чем на пятую часть. Нижние же исследованы всего на шесть процентов. Эти цифры привел президент Сибирского научно-аналитического центра Анатолий Брехунцов.
Падение цен на нефть может поставить крест на амбициях России на арктическом шельфе. По подсчетам ВНИГРИ (имеются в распоряжении РБК daily), при нынешней стоимости «черного золота» и налоговом режиме лишь менее 1% от начальных извлекаемых запасов нефти шельфа Арктики можно отнести к высокорентабельным. Ситуация будет меняться лишь с повышением цены на нефть как минимум до 100 долл. за баррель и с применением налоговых каникул по НДПИ от семи до десяти лет. Но даже при этих условиях вкладывать в разработку нефтегазовых проектов на суше вдвое выгоднее, чем в морские проекты.
Потенциал российского шельфа сегодня составляет около 100 млрд т условного топлива, в том числе 13,8 млрд т нефти и 79,1 трлн куб. м газа. При этом на Арктику приходится более 71% ресурсов нефти и свыше 88% газа всех морских акваторий России. Добыча топлива в российской части Арктики сегодня не ведется.
Экономические перспективы начала геологоразведки и добычи нефти и газа на шельфе северных морей в докладе на конференции «Нефть и газ Арктического шельфа» в Мурманске оценила заведующая лабораторией обеспечения геолого-экономической оценки запасов и ресурсов нефти и газа ВНИГРИ Людмила Калист (копия доклада есть в распоряжении РБК daily). В расчетах учитывалась цена нефти, заложенная в бюджете на 2007 год, 61 долл. за баррель, и цена газа 230 долл. за 1 тыс. куб. м.
Выяснилось, что при текущем налоговом режиме проекты с внутренней нормой рентабельности (ВНР) свыше 10% составляют не более 28 и не менее 8,7% от технически доступных запасов арктического шельфа. А наиболее инвестиционно привлекательными для освоения (при норме рентабельности от 20% и выше) являются не более 70 млн т нефти арктических акваторий (что составляет менее 1% от начальных извлекаемых запасов этих морей). По газу процент рентабельных ресурсов выше — от 13,5 трлн до 25 трлн куб. м, или более 50% общего объема морских рентабельных ресурсов газа.
При введении налоговых каникул по НДПИ для этих территорий и росте цены на нефть до 100 долл. за баррель ситуация слегка меняется к лучшему: удельная доля высокорентабельных ресурсов возрастает до 1% от начальных извлекаемых запасов шельфа Арктики (до 110 млн т), но в основном за счет крупных месторождений. Критерию ВНР от 10% отвечают месторождения с запасами от 40 млн т, а высокорентабельными становятся месторождения от 60—80 млн т и выше при дебитах выше 400 т в сутки.
При этом инвестиции в разработку 1 т углеводородов на шельфе северных морей зачастую превышают в 1,5 раза инвестиции в освоение месторождений суши (свыше 650 руб. на 1 т на море против 470 руб. на 1 т на суше), а чистый дисконтированный доход от таких проектов почти в 2 раза ниже, чем на суше (около 300 руб. на суше против 165—170 руб. на 1 т на шельфе).
Расчет экономической эффективности освоения месторождений нефти и газа в Арктике эксперт провела для технически доступных и условно технически доступных запасов углеводородов при вариантах подтверждаемости ресурсного потенциала месторождений 100 и 50%. По оценкам г-жи Калист, объем начальных извлекаемых ресурсов в Арктике составляет 9,8 млрд т нефти и 69,5 трлн куб. м газа. При этом 5,7 млрд т нефти и 35 трлн куб. м газа относится к технически доступным и условно технически доступным для освоения ресурсам.
Директор департамента информобеспечения проектов «Синтезморнефтегаза» Евгений Захаров считает неправильным в совокупности оценивать экономическую эффективность разработки арктического шельфа. По его информации, по итогам бурения на Медынско-Варандейском участке в Баренцевом море были обнаружены крупные запасы легкой нефти, что значительно повышает экономическую эффективность такого проекта по сравнению с месторождениями сходных климатических условий и величины запасов, которые содержат тяжелую нефть.
Гендиректор «Арктикшельфнефтегаза» Борис Кутычкин признает, что в текущих экономических условиях разрабатывать углеводородные запасы Арктики нерентабельно. При этом, по его словам, в условиях отсутствия конкуренции госкомпании могут затягивать сроки геологоразведки и добычи нефти и газа на этих территориях. Для ускорения начала разработки этих территорий и привлечения инвесторов он предлагает снова начать заключать соглашения о разделе продукции.
Сегодня вернулся из Мурманска.
На SlideShare положил свою презентацию "Результаты одномерного моделирования нефтегазоносных комплексов юго-восточной части Баренцева моря". (PS –Я удалил тот файл с презентацией, вот близкий по теме , но дополненный вариант – 16 сентября 2009 г., СПб, RAO/CIS offshore):
Краткие впечатление о работе геологической секции - очень сильные доклады (по форме и по содержанию, в основном по результатам конкретных работ) Севморнефтегеофизики (СМНГ), немного хуже - МАГЭ. Много (пять) докладов "Роснефти", в основном по морю Лаптевых, но ИМХО слишком самоуверенные выводы.
Удивительный доклад Казмина, я слушал и поражался. Частная компания из четырех человек купила лицензию на три весьма перспективных участка в Баренцевом море, сделала там детальнейшие сейсморазведочные работы, заказала оценку рисков у крупнейших нефтяных компаний и сейчас готовит бурение... Вопрос - на какие шиши?
Я ничего не понимал, пока не нашел что это за компания "Севернефтегаз". Генеральный директор - Глумов Иван Федорович... в 1988-1999 гг. являлся руководителем морской геологоразведочной службы страны, с 1999 по 2004 гг. работал в должности заместителя Министра природных ресурсов России. Главный геолог - Казмин Юрий Борисович... в 1980-1988 гг. являлся руководителем морской геологоразведочной службы страны.
Свои фотографии по Мурманску положил здесь.
