Игорь Губерман о нынешней России (и не только):
Когда я вернулся из лагеря, некоторое время не верил, что в России будет такое счастье, как свобода. Стишки периода перестройки писал как бы сомневаясь. А сейчас, перечитывая их, меня не покидает ощущение того, что все как бы крутится по кругу. Вышел я на свободу в 86-м, а в 88-м уехал. Мне тогда пришел в голову образ страны, в которой мы все жили. Образ огромного лагеря, который, кстати, так и назывался — “лагерь мира, социализма и труда”. Когда лагерь разваливается, его начальник созывает всех на поверку и громко произносит: “Свобода!” Никто, конечно, не верит. Пока с вышек не спускаются часовые и охранники не уводят овчарок. Кто самые первые опомнятся при крике “свобода!”? Конечно, начальство лагеря и охранники. У них и оружие. Вот они первыми стараются стать “хозяевами жизни”.
Немедленно вслед за ними опомнится всякая блатная прослойка. Их мы тоже сегодня видим миллионерами, бандитами. Часть друзей они закатали в асфальт, но они уже сняли малиновые пиджаки и перешли во власть.
По этому поводу недавний стишок:
Тернистый путь ко всякой власти
Всегда лежит через тоннель,
Откуда б…яди разной масти
Легко выходят на панель.Кто опомнится самым последним? Интеллигенция. Поэтому ее судьба просто ужасна.
Полностью интерью здесь.
